Дом, который можно носить с собой

Однажды Катя спросила маму:
— А если человек уехал очень далеко… Дом всё равно его помнит?
Мама не ответила сразу. Потому что некоторые вопросы слишком большие для быстрых ответов.
За окном шумел дождь. В квартире все вещи были чужими, а на полу стояли их коробки. И всё вокруг пока ещё не стало своим.
Катя скучала. По своей комнате. По чашке с котиком. По качелям во дворе. По дереву под окном. По соседскому коту Рыжику. Особенно — по дому, где всё было знакомое.
А ночью случилось странное. Катя проснулась от тихого шороха.
Шурх… Шурх…
Возле окна кто-то сидел.
Маленький. Лоскутный. Будто сшитый из кусочков одеяла.
— Ты кто? — шёпотом спросила Катя.
— Домовёнок дороги, — ответил он.
— Разве бывают такие?
— Конечно. Кто-то же должен помогать людям, которые скучают по дому.
Он спрыгнул на пол.
Катя заметила, что карманы у него были набиты разными мелочами: пуговицами, камушками, лентами, ключиками.
— Что это? — спросила она.
Домовёнок улыбнулся:
— Кусочки домов.
Катя поджала ноги.
— Но мой дом остался далеко-далеко…
Домовёнок кивнул:
— Да. И поэтому твоё сердце всё время пытается туда вернуться.
Катя вдруг почувствовала, как в носу защипало.
— Я скучаю…
— Я знаю.
Он достал из кармана маленький фонарик — тёплый, жёлтый, как свет в окне вечером.

— Хочешь секрет? — спросил Домовёнок.
Катя кивнула.
— Настоящий дом — это не только стены, — сказал Домовёнок полушёпотом и, загибая маленькие пальцы, продолжил: — Это сказка перед сном. Любимая кружка. Мамины руки. Кот, который урчит рядом. Люди, которые тебя ждут.
Катя слушала очень внимательно. За окном дождь становился всё тише и тише.
— Но если всё потерялось? — проговорила она.
Домовёнок подошёл ближе.
— Тогда люди начинают строить дом заново. Понемножку. Из тепла. Из памяти. Из любви друг к другу.
Он осторожно вложил фонарик Кате в ладони:
— Некоторые дома сначала живут вот здесь, — и коснулся её груди.
Катя долго молчала, а затем тихо спросила:
— А старый дом меня помнит?
Домовёнок даже удивился:
— Конечно. Дома никогда не забывают тех, кого любили.
Катя закрыла глаза. И вдруг представила свою комнату, свои книжки и игрушки, дерево за окном, Рыжика, старый ковёр, свет на кухне. И стало чуть теплее. Совсем чуть-чуть. Но иногда именно с такого тепла начинается надежда.

А утром мама заметила, что Катя впервые за долгое время улыбнулась, и крепче обняла её. Будто тоже поняла: дом можно потерять. Но любовь к дому и к месту, где ты родился, — потерять невозможно никогда.